Michael Peregudov (beorn) wrote,
Michael Peregudov
beorn

  • Mood:
  • Music:

Рождённый в СССР -- 25!



Рождённый в СССР

Ю. Шевчук

Вначале был вечеp, потом настал я.
Вчеpа слово да ветеp, сегодня земля.
Hа кладбище стаpом, где воскpесали вpаги.
Я кое-что понял, встав с левой ноги.

Э-э-э-э-э-э-э-эй, pождённый в СССР!

Hи секyнды без дpаки, веpим в жизнь и смеpть.
В глаза твоей собаки, нам не стpашно смотpеть.
Сегодня победа, пойми и пpости.
Hам ничего не осталось, но есть что донести.

Э-э-э-э-э-э-э-эй, pождённый в СССР!

И чем дальше, тем кpyче. Ты почти закат.
Здpавствyй, дpевняя Рyсь! Я твой неpвный бpат.
Что веpнет нам надежда? Что спасет кpасота?
Ты вчеpа был хозяин импеpии, а тепеpь - сиpота.

Э-э-э-э-э-э-э-эй, pождённый в СССР!


_____________________________________________________________________



Ну, и до кучи:

Правда на правду

Ю. Шевчук

Страна швыряла этой ночью, мутной сволочью
И, разменяв добро на зло, как деньги старые на новые,
Рванула. Асфальт, когда он на щеке, как водка с горечью,
И окна, окна были первые готовые.

И зло на заливном коне взмахнуло шашкою.
Добро, оно всегда без кулаков, трясло культяшками,
Пыталось жалость убедить, помочь опомниться,
Но всё быстрее и точней летела конница

Аплодисменты на манеж под звездным куполом.
Повыпускала ночь зверей и замяукала,
И заалёкала, вспотела, вмиг состарилась,
И побледнела, и струхнула, и затарилась,

Чем бог послал. А чёрт, а чёрт, а чёрт подсунул им,
А он ведь старый театрал, ха-ха, он любит грим.
Тела вдруг стали все огромные да полые,
И пьяница сапожник в память нам оставил плёнки голыми.

Правда на правду,
Вера на икону,
А земля да на цветы,
Это я, да это ты.


Страна швыряла этой, этой ночью сволочью.
Закат, когда он на щеке как водка с горечью.
Страх покрывал все матом, будто потом, страх брёл по городу.
Ночное небо было дотом, оно ещё напоминало чью-то бороду.

Провинция зевала, душно нервно в телевизоры,
А кто-то просто шёл домой и ел яичницу.
Дышали трубы тихо, мерно под скальпелем провизора,
А кто-то в зеркале вертел уже своею личностью.

Страну рвало, она согнувшись пополам просила помощи,
А помощь танков по лоткам давила овощи.

Аплодисменты -- бис! -- везде ревело зрелище,
Стреляло право по беде -- увидишь где ещё?..

Страна рыдала жирной правдой, так и не поняв истины.
Реанимация визжала, выла бабой, последней нашей пристанью.
Пенсионеры с палками рубились в городки с милицией,
А репортёры с галками их угощали блицами.

Судьба пила, крестясь, и блядовала с магами,
Брели беззубые старухи да с зубами-флагами,
А повар голод подмешал им в жидкий стул довольно пороху,
Герои крыли тут и там огнём по шороху.

И справедливость думала занять чью-либо сторону,
Потом решила, как всегда, пусть будет смерти поровну.
Да погибали эти пули, эти окна первыми,
Все пули были здесь равны, все мысли верными.

Аплодисменты -- бис! -- везде ревело зрелище,
Стреляло право по беде --- увидишь где ещё?..

И лишь в гримёрке церкви пустота, в тиши да в ладане,
Где чистота да простота, где баррикады ада нет.
Она горела в вышине, без дыма пламени...
Я на колени тоже встал, коснувшись этого единственного знамени...

Правда на правду,
Вера на икону,
А земля да на цветы,
Это я, да это ты.


Страна швыряла прошлой ночью, мутной сволочью.
Страна скребла лопатой по крови, покрытой инеем.
Да, по утрам вся грязь, все лужи отражают синее.
Асфальт, когда он на щеке, как водка с горечью.

На память фото пирамид с пустыми окнами-глазницами.
Аплодисменты, чудный вид, с листом кленовым да с синицами.
А будущее, что только родилось, беззвучно плакало,
А время тикало себе, а сердце -- такало.

Правда на правду,
Вера на икону,
А земля да на цветы,
Это я, да это ты.
Tags: музыка
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author